23:39 

Стражи поневоле. Неделя отчаяния. Пост 1

Стражи поневоле
верх


Автор: Стражи поневоле
Бета: Стражи поневоле
Название: Погребённые в море
Пейринг/Персонажи: Логейн, Роуэн, фоном Селина, упоминание прочих персонажей
Категория: джен
Жанр: драма, кроссовер (вселенная Biochock), ретеллинг, сонгфик
Рейтинг: R
Размер: 1521 слово
Краткое содержание: Вариация ретеллинга ДЛСи "Погребение в море" на тему Логейна. Писалось под впечатлением песни Мелоди Гардо - Your Heart Is As Black As СТа Биошока в ценлом.
Предупреждение: ООС, POV, обращение к персонажу по прозвищу
Ключ: Songfic, PG-13, кроссовер, POV - выполнено 3.

Если вдруг у вас когда-нибудь спросят, стоит ли впускать к себе незнакомок, твёрдо говорите: "Нет." Ни в коем случае. Даже если вдруг покажется, что она — не такая уж и незнакомка. Даже если ей придётся немного задирать голову, чтобы смотреть в глаза, и при этом её накрашенные губы будут слегка приоткрываться в намёке на горько-сладкое обещание. Если вдруг спросят, похлопайте друга по плечу, объясните, что оно не стоит риска, и затем, чисто на всякий случай, попрощайтесь с ним.

Если вдруг когда-нибудь спросят.

Она бледным призраком выплывает из тумана сигаретного дыма в полумрак моего кабинета. Плотный никотиновый смог вступает в схватку с нежным парфюмом из черёмухи и липы, и неторопливый стук женских каблуков вторит моему сердцебиению. Верхняя половина лица незнакомки прикрыта чёрной паутинкой вуали, усыпанной крапинками, и мне остаётся следить лишь за движением её кроваво-алых губ.

Она подходит вплотную к столу и критически рассматривает и меня, и моё скромное пристанище. Единственный источник света в комнате — старая настольная лампа, под которой нагреваются официальные прошения, зацепки и вырезка из кулинарной книги "Приготовь себе сам". На самом краю стола застенчиво стоит календарик, и оттуда же на меня с крошечной фоторамки смотрят чья-то жена и дочь. Пепельница и открытая пачка сигарет лежат прямо передо мной так, будто я собираюсь ими ужинать.

В каком-то смысле, я и впрямь собирался, но мне уже и так ясно, что не удастся.

— Я ищу сына, — говорит она и, не дожидаясь моего приглашения, садится на стул. Женщина извлекает из чёрной сумочки крошечный неразборчивый сепийный снимок, протягивает его мне и говорит: — Это — он.

— Вот и нашли его, — небрежно бросаю я, даже не удосужившись взглянуть на фото, и лишь затем в мою голову закрадывается мысль об учтивости. Незнакомка отвечает мне ненавидящим молчанием, но почему-то она совсем не похожа на отчаявшуюся мать. — Извините, — всё же выдавливаю я. — Как к вам обращаться, миссис ...?

— Зови меня Ро, — говорит она. — И у нас нет времени на формальности.

Возможно, если бы не канун нового года и не острое желание поскорее избавиться от бедной мамаши, у меня бы было и желание и время на то, чтобы подвергнуть сомнению или хотя бы прокомментировать это утверждение.

Возможно, с ретроспективной точки зрения, это всё же стоило сделать.

— Тогда скажи, Ро, как давно ты видела своего сына?

— Очень давно.

Даже сквозь вуаль видна скорбь, с которой она прикрывает глаза. Даже сквозь не столь отдалённые звуки джаза снаружи слышно, как её шёпот пропитан горечью утраты. Даже отчасти ослеплённый настольной лампой, контрастно заливающей светом мой стол, я вижу, что эта женщина впитала в себя траур, как губка.

И всё же мне почему-то кажется, что что-то не так. В Восторге можно встретить разных женщин: не слишком богатых и доступных и довольно богатых, но гордых. Сердца у первых разбиваются чаще, у вторых — реже, а кошельки полнеют наоборот. Я успел повидать здесь самые разные сочетания, но богатых, — а Ро, несомненно, принадлежит именно к этой когорте, — и убитых горем — вижу впервые.

— Кто-нибудь до этого занимался поисками вашего сына?

— Только я.

— Ваш муж?

— Пропал без вести некоторое время назад.

Я едва сдерживаю язык за зубами, чтобы не сострить на тему того, как ей жутко везёт с мужчинами, но меня больше интересует другое.

— Но вы не пытаетесь искать его? — спрашиваю я.

— Его пропажа — не ваше дело. Пропажа моего сына — ваше.

— И оно стало моим, когда ...?

— Когда он пропал, — пожав плечами, отвечает она и встаёт из-за стола. — Если ваш допрос окончен, я бы хотела, чтобы мы скорее приступили к делу.

* * *

Она ведёт меня по серпантинным лестницам, то вверх, то вниз по Восторгу. Мы минуем магазины и рестораны, идём мимо театра и спускаемся в жилые кварталы. Очевидно, у неё в голове есть чёткий план — у меня его нет. Если Ро и собирается им делиться, она либо не знает, как, либо постоянно забывает об этой немаловажной детали.

На самом деле, спрашивать на этот счёт особо и не хочется. Более того, от мыслей о задумках и планах этой женщины, так и тянет проверить, не исчез ли куда револьвер, спрятанный у груди.

На глаза то и дело попадаются новогодние афиши, сплошь и рядом заклеенные массивными плакатами “КТО ТАКОЙ АНДЕРС?”, и мне это не нравится. Если честно, мне вообще мало что нравится во всём этом Восторге, и сейчас острее, чем когда-либо, я сожалею о том, что не уточнил деталей давнего соглашения. Зовите это шуткой, если угодно, но я знаю, что сам пошёл на встречи с подводными камнями, до сих пор при этом надеясь, что они расступятся передо мной сами собой.

Вот ещё один совет: никогда не заключайте сделок с магами. Они, возможно, и оттянут неизбежное, но процент набежит просто астрономический. Я просто предупреждаю об этом.

И я просто чую это.

Она останавливается у массивных дверей, над которыми ярко высвечивается название заведения — “Львиный Грот”. Я не знаю о нём ничего, кроме того, что он менял имена чаще, чем некоторые дамочки — перчатки, и последним запомнившимся было “Водопады Императрицы”.

Наверное, это театр. Или косметический салон. Впрочем, с тем же успехом это помещение может оказаться борделем, и тогда, не знаю, как Ро, а мне и впрямь не помешает сходить сюда.

Обе стены коридора обклеены обоями цвета глубокого океана с золотистыми звёздочками-крапинками. Поверх них плотными рядами висят ровные прямоугольники плакатов. Изображения и заголовки представлений раз на раз не совпадают, но все они одинаково эксплуатируют тему сказки о Ледяной Королеве и маленьком мальчике. Только на адаптированной вариации, мелькающей перед глазами, мальчик — вполне себе взрослый юноша, да и Королева не скрывает, зачем она хочет оставить его в своих владениях.

— Мне нужно встретиться с леди Вальмон, — говорит Ро дворецкому, который встречает их с надменным каменным выражением лица.

— Нет-нет, здесь нет никаких леди Вальмон, — возмущённо мотает тот головой, враз растерявшись. — Нет и быть не может! Как же так? Я этого не перенесу! Неужели мсье Шалону удалось выкупить детище Императрицы? Но если она теперь не Императрица, а леди, а он, стало быть…

— Заткнись, — рявкает Ро, и дворецкий застывает в ожидании не то стального удара по челюсти, не то не менее стальной пощёчины. — Селина. Мне нужна Селина.

— Вы записывались на приём к моей госпоже?

Это — не бордель, а значит, что задерживаться здесь для меня нет никакого смысла. Я прохожу мимо напыщенного петуха, с которым Ро всерьёз взялась спорить, и он, не представляя, как можно бороться этикетом против отсутствия моих манер, со скулежом убегает в служебную дверь.

Нам даже не приходится начинать поиски. Молодая женщина — копия Ледяной Королевы с плаката — встречает Ро, как давнюю подругу. В одной её руке — бокал вина, в другой ключи, и она лопочет что-то моей новой знакомой о том, что её ждали, что осведомители Селины предупреждали, и что она готова. Возможно, я был бы благодарен, если бы хотя бы одна из этих женщин удосужилась посвятить меня в свои тайны, но в то же время мне кажется, что я должен быть ещё благодарнее за то, что они решили этого не делать.

Не без прежней дрожи в голосе, Ро говорит.

— Я ищу своего…

— Да, знаю. Милейший Кай. Милый обаятельный Кай, — произносит она и не слишком ровной походкой уносится наверх, подзывая нас за собой.

— Ты слишком заигралась в свой спектакль, — едва сдерживая гнев, произносит Ро. Она добела стискивает кулаки и, обернувшись назад, ко мне, с абсолютно взбешённым выражением на лице торопит меня за собой. Я прощупываю под курткой револьвер, и на этот раз я не успокаиваюсь, пока тайком не отстёгиваю кобуру.

Селина заводит нас в небольшую комнатку. Она вполне демонстративно открывает потайной вход, ведущий вниз и, как профессиональный гид, идёт вперёд, подсвечивая ступени лампой и предупреждая обо всех скрипучих досках. Воздух наполняется гнилью, и если в начале ещё можно было утешать нос ароматом Ро, то теперь он бесполезен.

— Ро, — шёпотом говорю я, тяжело положив на её плечо руку. — Тебе, возможно, лучше уйти. Я знаю этот запах.

— Я тоже, — неумолимо отвечает она и решительно продолжает путь.

То, что предстаёт перед глазами, не подлежит описанию. Человеческое тело — даже не живое — не может складываться в тугие геометрические каркасы. Я слабо узнаю посеревшее лицо, и мне становится дурно.

Селина хохочет над онемевшей Ро и просит у той финальный аккорд. Ро мешает смотреть сквозь слезы траурная вуаль, и моя заказчица срывает с себя шляпу, к которой тяжёлой брошью крепилась эта сеть. В глаза бросается до одури знакомый каштан волос, но в моей голове зарождается лишь воспоминание о воспоминании, и когда она толкает меня в грудь, извлекает из внутренней кобуры револьвер и срывает предохранитель, меня мимолётно пронзают серые, полные сожаления глаза.

Первая пуля летит в лоб Селине. Вторая — мне в грудь, и, несмотря на то, что я не знаю, почему, мне очень трудно этому удивиться.

— Потому что заслужил, — говорит она, словно прочитав мои мысли. — Ты подвёл моего мальчика здесь, ты подвёл его там. Оставил на растерзание порождениям тьмы, отдал в рабство извращенкам, взорвал корабль, на котором он был. И ты ведь везде, ты ведь всегда убеждал меня перед смертью, что ты его защитишь. А я везде верила. Ведьма дала тебе шанс скрыться, но она и дала мне шанс отомстить. Мы снова встретимся, Логейн. И я снова отомщу тебе за предстальство.


Автор: Стражи поневоле
Бета: Стражи поневоле
Название: «Свобода»
Пейринг/Персонажи: Андерс, Натаниэль, Мариан Хоук, Фенрис, остальные
Категория: джен
Жанр: deathfic, драма
Рейтинг: R
Размер: 1205 слов
Краткое содержание: Обрести свободу нелегко, помочь ее обрести другому - еще тяжелее
Ключ: Дарк, R, насилие, смерть второстепенного персонажа - выполнен полностью

Если ты маг, это еще половина беды. Если ты отступник — три ее четверти. Если при этом ты еще и Серый Страж, то можно поздравлять себя с каждым прожитым днем. По крайней мере, именно так считал Андерс, сам себе в этом не признаваясь. Пока ты сам отталкиваешь эту мысль, можно думать, что все в порядке.
Когда-то он ненавидел Башню, стремясь на волю. Затем он ненавидел эту самую волю, некогда манившую собой и оказавшуюся всего лишь более обширной клеткой. Свобода? Ха! Маги не бывают свободными. На них охотятся, их презирают, мало кто согласится помочь, даже собратья-чародеи, которые боятся храмовников настолько, что этим страхом заглушают жалость и сочувствие. Вейсхаупт дал на время короткую передышку в вечной погоне за свободой, совмещенной с побегом от плена. Но даже каменные стены не смогли защитить от ночных кошмаров, в которых Андерс видел дом. Видел, а наутро забывал о нем, не позволяя себе думать о чем-либо, кроме выживания. Дом остался в Андерфелсе, далеко в прошлом, до него теперь не добраться. Вейсхапут не стал домом, хотя Андерс отчаянно пытался сделать его таковым.
А теперь он был заперт в Киркволле. Сам же себя и запер, добровольно и осознанно. Впрочем, что он мог еще сделать, Андерс не представлял. Большей свободы он не смог бы добиться при всем желании. Только не сейчас, не с одержимостью. Справедливость внутри был надежней любых оков, держал, твердил, не выпускал. Или это сам Андерс сдерживал его? Он уже не понимал. Он не сожалел о принятом решении, просто иногда казалось, что оно было чересчур поспешным.
— Да к Архидемону под хвост это все, — вслух сказал он, не понимая, по какому поводу вообще это говорит.
Лечебница, хотя, какая это лечебница — просто грязный подвал, открытый сквознякам, — навевала лишь тоску. Андерс в сотый раз осмотрел ее, тщетно надеясь, что хоть что-то изменилось за пять минут. Нет, все те же лежанки, запачканный кровью стол, отсутствие трав и перевязочного материала. Пока что спасало лишь его искусство целителя, но когда-нибудь его может не хватить.
— Помогите…
С иными криками и стонами сюда не входили. Только так, умоляя, упрашивая, надеясь на чудо. Андерс повернулся и улыбнулся. Когда-то давным-давно его улыбку называли успокаивающей. Тогда, в прошлой жизни, где у него были друзья…
"- Перестань так радостно ухмыляться, — простонал Натаниэль.
— Это не радость, — тихо ответил Андерс. — Помолчи. Не разговаривай.
— Какая теперь разница, маг.
Андерс покачал головой, затем снова забормотал заклинания, отчаянно глядя на то, как сквозь пальцы сочится темная густая кровь, становясь понемногу все светлей и светлей.
— Я тебя спасу.
— Не спасешь, — Натаниэль запрокинул голову назад, в свете факелов виднелась белая полоска зубов в приоткрытом рту.
Если бы Андерс хотя бы нашел его чуть раньше, если бы Натаниэль был немного уворотливее, бесконечные "если бы". Андерс повторил бесполезное заклинание.
— Знаешь, чего мне сейчас хочется? — Натаниэль глотнул немного воздуха, кровь в ответ выплеснулась сильней.
— Выпить?
— Я тебе, что, Огрен? — он даже смог засмеяться. — Нет. Дай мне лук… Дай мне мой лук.
Андерс пошарил вокруг, разыскав оружие Натаниэля, вложил его в руки товарищу, помог сжать пальцы. Так и замер, боясь отпустить, словно жизнь умирающего зависела от того, уберет Андерс руки или нет.
— Умирать — это так обидно.
— Тогда живи, — Андерс стиснул пальцы сильнее. — Твою мать, Хоу, я лучший целитель в этом проклятом Вейсхаупте, я влил в тебя всю силу, которую имел, а ты валяешься здесь и уверяешь меня, что вот-вот сдохнешь. Но ты не сдохнешь.
— Почему?
— Я же сказал… Я ЛУЧШИЙ ЦЕЛИТЕЛЬ В ТЕДАСЕ!!!
Волоски на руках Андерса приподнялись, словно шерсть у кота, которого долго гладили, по пальцам пробежали крохотные синие искры, потом откуда-то из самой глубины души рванулось нечто, названия чему Андерс подобрать не мог, заставило Натаниэля дрогнуть всем телом, затем обмякнуть. Андерс тяжело дышал, все еще боясь убрать руки с его пальцев. Затем Натаниэль приоткрыл глаза и слабо прошептал:
— Лучший… Коновал ты лучший, а не целитель".
Андерс встряхнулся, выныривая из воспоминаний. Какая теперь разница, лучший он или нет. Прошлое перечеркнуто, копаться в памяти — не самое приятное занятие, даже если руки сами, без участия разума уже что-то промывают, сшивают, накладывают повязку из остатков материала.
— Спасибо вам.
Андерс смотрел на женщину, благодарившую его за помощь ее мужу, распоровшему невесть где бок, улыбался, но не слушал ее. Все происходившее вокруг казалось каким-то наваждением, словно затянувшийся сон, от которого он очнется в Вейсхаупте. Они соберут отряд, спустятся на Глубинные Тропы, проверить, как там обстоят дела.
Никто никуда не спустится. Он передернулся всем телом, когда шею тронул порыв ветра, проникшего через очередную щель в стене или крыше. Хватит мечтать о том, что он сейчас зажмурится, а когда откроет глаза, окажется далеко отсюда. Не окажется. Сочащиеся зеленым гноем нарывы, распластанные клинками животы с вываливающимися внутренностями, плохо поддающиеся лечению припадки кровавого кашля — вот реальность.
— Андерс!
Он повернулся на крик, посмотрел с некоторым удивлением, не понимая, что происходит. В лечебницу кого-то втащили, уложили на операционный стол.
— Что ты стоишь, помоги ему! — истерично взвизгнула какая-то девица, в которой Андерс с удивлением опознал Мариан Хоук.
А на столе корчился какой-то окровавленный кусок мяса, в котором с немалым трудом опознавался Фенрис. Или не Фенрис, хотя беглый пересчет показал, что именно его и не хватает.
— Что случилось? — Андерс склонился к столу.
— Данариус… Кажется…
Они все примолкли вдалеке, их голоса исчезли, как и всегда, когда Андерс отрешался ото всего, оставаясь наедине с пациентом.
Андерс любил рассматривать руки собеседника, наверное, какая-то профессиональная привычка. Кисти Фенриса ему всегда нравились, эльфийские и изящные, несмотря на род занятий того. Сейчас их не было, руки заканчивались промокшими от крови тряпками, намотанными на запястья. Та же картина наблюдалась и на ногах.
— Плохо дело…
— Но ты же его спасешь? — прохныкали сзади, кажется, Мерриль.
"Зачем?", — мысленно ответил ей Андерс. Зачем спасать жизнь Фенрису, если она закончилась в тот момент, когда тот расстался с руками. Как просто и даже красиво — лишить кистей и ступней беглого раба и бросить жить дальше. Добивать его такого незачем, раны несмертельны, сам он чересчур горд, чтобы просить товарищей о смерти. Если вообще сможет попросить — Андерс бесцеремонно залез Фенрису в рот, поморщился. Так и есть, чересчур острого порой языка тоже нет, хотя заклинание исцеления заботливо наложили, чтобы не истек кровью раньше времени.
— Мне кажется, я тут уже бессилен.
Андерс лгал, не было ничего такого уж особенного в том, чтобы исцелить эти раны. Но из глаз искалеченного Фенриса на Андерса смотрел он сам. Клетка… Тело стало просто клеткой для свободолюбивой души, которая сейчас заходилась в агонии и боялась всего на свете, больше всего — что исцелят, спасут, поволокут обратно в жизнь чересчур заботливые товарищи.
— Он умирает. Самое милосердное, что мы можем сделать — освободить его.
Фенрис что-то слабо замычал.
— А если он просит его спасти? — пискнула Мерриль.
— Нет, он просит свое оружие. Я знаю. Я уже видел такое.
Меч был возложен на грудь Фенрису, Андерс скрестил его изуродованные руки на лезвии. Нахлынуло чувство, что это уже когда-то с ним было: умирающий товарищ, его руки на оружии, пальцы Андерса, пытающиеся удержать раненого в жизни.
— Хоук? — вопросительно бросил он.
Она подошла, прикусив губу, бледная и молчащая, по щекам текли слезы, положила руку на плечо Фенрису. Следом подошли все остальные, окружили стол, каждый старался коснуться умирающего. А потом Мариан почти без замаха вогнала лезвие точно в его сердце.
— В конечном итоге, он умер так, как и хотел, — тихо заметил Варрик. — В кругу друзей, сжимая в руках оружие. Многим ли доведется уйти вот так.
Андерс отошел от стола. Следовало вымыть руки, а когда все уберутся в таверну рыдать, ему еще нужно привести в порядок тело Фенриса, подготовить его для похорон. Дел полно.


Автор: Стражи поневоле
Бета: Стражи поневоле
Название: Смертельная вакцина
Пейринг/Персонажи: Натаниэль/Элисса, немного Зевран, Огрен, Веланна, упоминается Андерс
Категория: гет
Жанр: повседневность, драма, модерн-АУ, ER
Рейтинг: NC-17
Размер: 1913 слов
Краткое содержание: Как выяснилось, создать суперсолдата - не сложно, а вот создать его так, чтобы это не имело побочных эффектов - совсем другое.
Предупреждение: кинк, зависимость
Ключ: ER (Established Relationship), NC-17, кинк, зависимость - выполнен полностью

Ужин, хоть и скудный, протекал в тёплой обстановке. Стражи обсуждали заказы, прошлые и будущие, мерились гонорарами, рассказывали пошлые анекдоты и неторопливо поглощали безвкусную кашу со ставшими уже привычными биодобавками.
— А потом, значит, он входит, и застаёт её... ха-ха, вот прям враскорячку! — Огрен хрюкнул, тщетно попытавшись сдержать смех, но потом всё равно громко заржал. — Ну, вы понимаете, вот прям голая и с тем мужиком.
— Огрен! — возмущённо перебила Веланна.
Гном в приступе искреннего веселья несколько раз ударил массивной ладонью по столу, не переставая смеяться. Натаниэль сдержанно улыбался, история и правда была занятной, но виделась ему скорее пикантной, нежели смешной. Правда, в пересказе Огрена любая история могла стать смешной. Зевран, быстро доев, отодвинул свой контейнер из-под каши в сторону, широко улыбнулся и придвинулся ближе, азартно начав говорить:
— О, а у меня что было на последнем заказе, даже стыдно рассказывать!
— Стыдно? Тебе? — с сомнением переспросила Веланна, переведя взгляд на собрата по расе.
Зевран развёл руками, показывая, что он сам в недоумении, отчего почти успокоившийся было Огрен снова зашёлся смехом. Натаниэль полуобернулся к Зеврану, приготовившись слушать ещё одну интересную историю, явно, куда более интересную и пошлую, чем мог рассказать гном. Но, заметив, что в комнату зашла Элисса, Натаниэль понял, что ему продолжить вечер тёплых историй придётся в другой день. Встретившись взглядом с Натаниэлем, Элисса кивнула на дверь и сразу вышла, даже не посмотрев, следует ли он за ней. Стараясь не привлекать к себе внимания товарищей, Натаниэль поднялся и прошёл к выходу в коридор. Разумеется, незамеченным этот манёвр не остался. Зевран проводил товарища взглядом, но рассказ прерывать не стал. Остальные же сделали вид, что ничего не видели, хотя стоило Натаниэлю закрыть за собой дверь, как Зевран быстренько закруглил свою историю и с лёгкой ноткой напускной мечтательности заметил:
— Эх, завидую ему, какую женщину отхватил, а?
— Зевран! Только не начинай, — снова возмутилась Веланна, взглядом показывая, что посиделки пора сворачивать.
— Может... — начал было Зевран придвигаясь ближе.
— Нет, — Веланна в свою очередь выставила вперёд руку, на кончиках пальцев уже плясали огоньки. — Или мы проверим, кто из нас более ловкий, но совсем не тем способом, что тебе хочется.
Зевран усмехнулся, поднялся и полуобернулся к двери, ведущей в коридор, как будто мог слышать, что происходило за ней.

Это было глупо, но Натаниэль ничего не мог с собой поделать. Ему безумно нравилось вот так прижимать Элиссу к стене, дразнить её, забираясь рукой под одежду и поглаживая по боку, норовя большим пальцем дотянуться до груди. Нравилось покусывать за шею, под ухом, а затем прихватывать губами мочку, совершенно невинно, но невозможно было описать, как это заводило обоих. Особенно от того, что постоянно маячила возможность быть застуканными. И каждый раз им удавалось остаться незамеченными, хотя Натаниэль подозревал, что это не их заслуга.
Но в этот раз всё шло не так гладко, как обычно, Элисса была настолько напряжена, что у Натаниэля даже мелькнула мысль остановиться. Впрочем, он решил, что если что-то не так, Элисса сама его остановит. Мягко, будто пробуя, Натаниэль коснулся губами губ, целуя, нежно и ласково. Элисса ответила не сразу, но всё же ответила, как будто решившись, закинула руки Натаниэлю на плечи и обняла его, прогибая спину и подаваясь навстречу его рукам. Восприняв это как хороший знак, Натаниэль потянул вниз собачку на молнии форменной куртки Элиссы, расстёгивая. Облегающий топ под ним Натаниэль просто задрал вверх, чтобы не мешал мять и гладить грудь девушки, которая уже пыталась сдерживать тихие стоны. Разорвав поцелуй, Натаниэль стал опускаться ниже, поймал губами сосок, облизнул и стал чуть посасывать, продолжая помогать себе руками. Элисса сдавленно застонала, вскинула к лицу руку и прикусила кожу на пальцах, чтобы оттенять ощущения и сдерживаться. Вдоволь наигравшись с сосками девушки, Натаниэль стал на одно колено перед ней, так же уверенно расстегнул молнию на штанах и потянулся уже к трусам, когда Элисса упёрлась руками ему в плечи, останавливая.
— Нат, подожди. Нам нужно было поговорить.
— Это можно перенести на то время, когда мы закончим, Лисёнок? — спокойно уточнил Натаниэль.
Он готов был прерваться, если Элисса считала разговор важным. Даже планировал извиниться за то, что вот так стал приставать, даже не выслушав зачем его выдернули из компании друзей. Но Элисса закусила губу, прикрыла глаза и снова прижалась спиной к стене. Натаниэлю даже показалось, что Элисса и сама не хотела говорить сейчас, так что его вопрос лишь добавил сомнений. Решив, что лучше и правда расспросит потом, Натаниэль вернулся к прерванному занятию, приспустил штаны девушки до середины голени, затем медленно туда же стянул трусы. Начав целовать от выпирающей косточки на бедре, он смещался ниже, то и дело проводя языком, как будто пробуя кожу на вкус. Но напряжение девушки только росло, поэтому прелюдию он решил сократить, переходя к более активным ласкам. Поглаживая пальцами вдоль нежной кожи между ног, Натаниэль провёл там же языком, заставив Элиссу сдавленно вскрикнуть и вцепиться ему в плечи. Он знал, что большинство мужчин считают подобное занятие любовью чем-то ненормальным, но какая, право, разница, что думают другие, если нравится самому? Нравится слушать стоны, чувствовать, как женщина буквально трепещет в твоих руках и готова отдаваться без остатка? Плавно введя пальцы внутрь горячего и мягкого лона, Натаниэль стал тщательно вылизывать и посасывать сходящуюся чуть выше плоть. Он прекрасно знал, что если правильно это делать, то бурный оргазм не заставит себя долго ждать. Лаская сразу изнутри и снаружи, Натаниэль уверенно дарил Элиссе ни с чем не сравнимое удовольствие и доводил её до пика. Девушка стонала, выгибаясь и пытаясь царапать плечи партнёра, но плотная ткань форменной куртки не давала возможности оставить следов на коже. Добавив к двум пальцам третий, Натаниэль стал двигать рукой быстрее, заставляя Элиссу уже не стонать, а вскрикивать от удовольствия. Захватив губами выпирающую спереди складочку кожи, он начал посасывать её, помня, что так получается особенно ярко. В последнем вскрике Элиссы слились и удовольствие, и явный стыд. Натаниэль чуть отстранился, убирая руки и давая девушке отдышаться. так же неторопливо, чтобы не разрушить момент, подтянул наверх трусы и штаны. Видя, что взгляд Элиссы всё ещё расфокусирован, и она явно пребывает в блаженстве, Натаниэль продолжил одевать её, так же как недавно раздевал. Закончив с курткой и одёрнув воротник, Натаниэль ещё раз поцеловал девушку в губы, затем спокойно спросил:
— Ты как? Поговорим сейчас или отложим на потом?
Закрыв ещё на несколько секунд глаза, Элисса с трудом, но заставила себя собраться и даже стать ровно, Натаниэля, однако, не отстраняя. Оттягивать неприятный разговор дальше уже было просто некуда, поэтому Элисса тяжело вздохнула, обняла Натаниэля, ища у него поддержки и как будто защиты. Он понятливо обхватил её за талию, прижимая к себе и поглаживая по спине в попытках успокоить. Не нужно было быть прорицателем, чтобы понять, что что-то случилось.
— Нат, я не знаю, что делать.
Ему даже показалось, что Элисса всхлипнула. Хотя, показалось ли? Заметно дрогнувшим голосом она продолжила:
— Нас обманули. Поставщик больше не пришлёт сыворотку. Он сказал, что слишком накладно и опасно с нами работать.
По спине Натаниэля пробежали самые настоящие мурашки. Такой темы для разговора он никак не ожидал. Это был как контрастный душ. Нет, как удар под дых, когда ты этого не ожидаешь. Сыворотка была чем-то неотъемлемым для их организации. Засекреченная много лет назад военная разработка "Серый Страж" должна была бесследно исчезнуть, когда её авторы поняли, что за дрянь изобрели. Она была настоящим прорывом своего времени, да и сейчас её всё ещё отрывали с руками, в прямом и переносном смыслах. Те, кто её принимали, становились суперсолдатами, которых так жаждали правительства многих стран. Сыворотка давала многое: силу, ловкость, живучесть, отменные рефлексы, звериную интуицию, куда сильнее раскрывала потенциал человеческого тела, чем это можно было добиться обычными тренировками. Но, как водится, нет ложки мёда без бочки дёгтя — чудосредство вызывало стопроцентное привыкание с первой же дозы, а отказ от неё сопровождался жуткой ломкой со смертельным исходом. Для заказчиков сыворотки это был огромный плюс, что может быть лучше, чем солдаты, сидящие у тебя на игле, да так, что они не могут ни соскочить, ни предать, ибо тогда их ждёт достаточно мучительная смерть? Но, к счастью для всего мира, человек, изобретший "Серых Стражей", был не только умным, но и разумным, что, как показывала практика, далеко не всегда сочеталось в одной личности. Он уничтожил свои документы, устроил пожар в лаборатории, хороня вместе с собой своё гениальное изобретение, оружие, способное изменить ход истории. Такова, по крайней мере, была официальная версия. Ни Натаниэль, ни Элисса, да и никто в их организации не знали, выжил ли тот учёный, но факт оставался фактом, спустя пару десятков лет вакцина снова появилась. Это явно была то ли более ранняя её версия, то ли не самая удачная копия, на основе оставшихся черновиков записей. Теперь к побочным эффектам добавилось ещё и ускоренное старение, совершенно жуткие и психоделичные кошмары, что только ускоряло разрушение разума "Стражей". Впрочем, некоторых вакцина просто убивала на месте.
Потом эксперимент и вовсе вышел из-под контроля. Натаниэль слышал от Элиссы, а та, в свою очередь пересказ этой истории от Дункана, своего наставника и бывшего главы "Серых Стражей", что в той лаборатории пошло заражение, уничтожившей не только её, но и весь город вокруг. Как позже стали предполагать сами Стражи, дело было в том, что вакцина делалась из крови каких-то монстров, которых нашли при бурении шахт на юге. Именно через эту кровь и передавалась зараза — страшнейший вирус, превращавший людей в монстров, подобных найденным. А вакцина "Стражей" содержала в себе какие-то антитела, частично подавляющие заражение. Вот тогда за ней и стали охотится все подряд, но было слишком поздно, производство было потеряно, а запасы бесследно пропали. Официально пропали. На самом деле несколько "Стражей" успели их спасти, вынести из города, пользуясь тем, что заразиться второй раз не могли, так как уже носили в себе вирус. Именно тогда и была создана организация "Серых Стражей". Они занимались разными вещами, чаще — наёмничали, но в то же время взяли на себя обязанность очищать мир от тварей, порождённых вирусом, названным "Скверной". И всё бы ничего, но, что закономерно, всё имеет свойство заканчиваться, и спасённые запасы вакцины тоже. Натаниэль знал, что они подходят к концу, видел, как переживала Элисса, но потом вроде бы всё разрешилось. Нашёлся человек, обещавший достать партию вакцины. "Стражи" даже успели перевести аванс. И вот теперь всё оказалось обманом. Впрочем, Элисса и без того не верила, что всё получится, она постоянно пребывала в состоянии близком к отчаянию, понимая, что если не придумать что-то в кратчайшие сроки, то все, кто останется без вакцины, просто умрут. Все, кто был ей друзьями, товарищами и даже учениками.
Прокручивая это в голове, Натаниэль стоял и молча гладил всхлипывающую девушку. Сейчас она совсем не выглядела как командор — именно так прозвали её в организации Стражей. Сам Натаниэль не мог сказать, что чувствовал, но точно это был не страх перед возможной смертью. Он был уверен, что выход есть, должен быть. Продолжая гладить Элиссу, на этот раз по голове, Натаниэль тепло улыбнулся, не задумываясь о том, что этого никто не видит, и уверенно сказал:
— А помнишь одного из наших, Андерса? Тот засранец, который вечно таскался со своим котом?
Элисса приподняла голову, удивлённо посмотрела на Натаниэля, совершенно не понимая, к чему он клонил, но кивнула.
— Помню. Только при чём тут Андерс? Он же мёртв, он сбежал больше полугода назад и не взял ни одной ампулы с собой, я пересчитывала.
На этот раз улыбка Натаниэля была улыбкой человека, который наконец-то поймал и обдумал мысль, оказавшейся возможным решением проблемы.
— А вот и нет. Мой соглядай в Киркволле сообщил, что видел человека, как две капли воды по описанию похожего на нашего беглеца.
— А это значит... — медленно начала говорить Элисса, да так и не закончила фразу, догадавшись, что имеет в виду Натаниэль.
— Именно. Если это он, значит, он либо справился с побочными эффектами, либо нашёл, где достать вакцину. Так что нам осталось только его найти и...
Развить мысль дальше, у Натаниэля не получилось, обрадованная Элисса просто не дала ему говорить, закрыв его рот жарким поцелуем, в котором чувствовалось облегчение. Такое, что впору было проверять, не пробил ли пол камень, упавший с души девушки.












@темы: «Четыре демона», Андерс, Веланна, Зевран, Логэйн, Натаниэль Хоу, Огрен, Роуэн Геррин, Стражи поневоле, Фенрис, ж!Хоук

Комментарии
2016-08-06 в 23:58 

$corpicora
"Va'esse deireadh aep eigean".
Свобода — вот не хватило мне текста. Написано неплохо, но как-то скомкано в конце и, как будто, чего-то не хватает. А так, Андерс прекрасен, его размышления о свободе и несвободе вполне логичны и интересны.

Смертельная вакцина — приятный фик :) Понравилось сравнение Посвящения и самой сути СС с некой вакциной. И так называемые "побочные эффекты" действительно укладываются в эту схему. Пройдоха-Андерс, похоже, действительно нарыл где-то источник вдохновения вакцины :)

2016-08-10 в 06:58 

механический братишка
Йаррис /// В доме было десять тысяч двеpей, но она выходила в окно ©
Название: Погребённые в море
Не знаю второго канона, но от текста веет нуаром и прямо интересно было, чем всё это кончится. Спасибо!

   

Secondary Quests

главная